Давос-2026 превратился в суетливые похороны старого мира

Давос-2026 в этот раз напоминал не торжественное пиршество крупного капитала, а суд над уходящей эпохой. Что стало зримым символом концептуального вакуума. Европейцы рассчитывали сделать главной темой выделение средств на поддержку Украины и ее восстановление, но вынуждены были обсуждать планы США по присоединению Гренландии.

Почему так случилось и чем все закончилось? На этот и другие вопросы в интервью «Свободной прессе» ответил известный политолог доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института США и Канады РАН Владимир ВАСИЛЬЕВ.

«СП»: Владимир Сергеевич, чем был вызван такой переполох в западных элитах, ведь на подобных форумах ранее обычно обсуждались экономические вопросы?

— Да так было, но сегодня мы являемся свидетелями смены исторических эпох, экономических укладов и краха многих установок, «основанных на правилах». Поэтому повестка дня форума изменилась, из экономического он превратился в политический.

Главным событием стало выступление президента США Дональда Трампа. Окрашенное в экономических тонах, оно было довольно примечательным. Его речь лишний раз подчеркнула растущий раскол в странах коллективного Запада. Трамп, можно сказать, противопоставил то, что происходит при нем в США, тому, что творится в Европе.

Давосский форум — форум мировой бизнес-элиты, мировых инвесторов, а не митинг трудящихся. Трамп сказал, что Америка проводит у себя политику разгосударствления, отказа от социальной ориентированности экономики и направляют все силы на ускорение экономического развития, опираясь на предпринимателей, богатых людей, крупные корпорации, которым предоставляются неограниченные возможности.

«Мы в США создаем полюс богатства, — сказал он. — США становятся страной богатых, успешных и процветающих людей». А Европа по-прежнему остается социально ориентированной.

Более того, она потворствует притоку эмигрантов, которые растворяют своей массой ее национальную идентичность. И в этом отношении она является полюсом для бедных, куда устремляются тысячи обездоленных и нищих со всего мира. Они создают нагрузки на соцпрограммы, тормозят развитие, порождают преступность.

В этом плане Европа — антипод Америки, тупиковый вариант для успешных и богатых, которые двигают научно-технический прогресс, формируют и создают искусственный интеллект.

Красиво звучит… Но все это — ахиллесова пята Трампа, поскольку он ориентирован только на поддержку богатых. Когда-нибудь эта «бомба замедленного действия» может взорваться, поскольку материальные ценности в этом мире создают обычные люди — люди труда.

«СП»: А что касается его намерения аннексировать Гренландию?

— Гренландия — главный узел противоречий, который зримо и незримо присутствовал в Давосе. Судя по всему, европейцам коллективно удалось отбить первый наскок Трампа на право собственности на Гренландию. Надолго ли? Полагаю, тут идет игра с обеих сторон.

Трамп считает, получил то, что хотел, причем бесплатно, хотя и в аренду. Европейцы уверены: Трамп не вечен. Придет другой президент США и все может поменяться. Это — игра в долгую.

Как было сказано, Гренландия не может быть предметом торга. В противном случае американо-европейским отношениям был бы нанесен непоправимый ущерб на долгие годы, даже десятилетия. Что прекрасно понимают обе стороны. А потому закулисно они пришли к такому вот решению.

Фактически Гренландия сдается в аренду бессрочно. Там США могут творить все, что хотят. По Трампу это называется «вложиться в недвижимость». А после того, как мир привыкнет к этому, он из хозяина де-факто превратится в хозяина де-юре.

«СП»: Но были и более резкие высказывания в Давосе. Канадский премьер-министр Марк Карни назвал захватнической политику США в отношении Гренландии, что по нынешним меркам равносильно бунту на корабле…

— По существу Карни назвал Америку империей зла, что было равносильно взрыву бомбы. А поскольку внешняя политика США — продолжение внутренней, то все те страны, которые будут ориентированы на нее, становятся заложниками ее внутренней политической борьбы.

Нельзя забывать: положение Трампа действительно довольно неустойчивое, поскольку в Америке нарастают непростые процессы — и в Миннесоте, других штатах. Некоторые аналитики называют это даже предтечей гражданской войны. Так что лучше быть, как говорят в Китае, той осторожной обезьяной, которая сидит на горе и смотрит, как в долине дерутся два тигра.

Карни, по сути, озвучил то, что Москва, Пекин и многие столицы глобального Юга утверждали годами: «правила» и основанный на них мир были инструментом гегемонии, а не универсальным законом.

Они работали только в одну сторону. Запад мог в одностороннем порядке вводить санкции, налагать штрафы, требовать внедрения своих идиотических фантазий, типа «зеленой повестки» или «гендерного разнообразия» и наказывать тех, кто в силу своего здравомыслия, религиозно-культурных традиций отказывался это делать.

Он придумал свою форму «демократии» — это когда все, что делалось у них — гуманно и демократично, а Югославию надо было разбомбить. Признание, что все это было «фикцией» и «ритуалом» — беспрецедентный акт саморазоблачения западной элиты в ее главной цитадели.

Конфронтация Европы с Дональдом Трампом быстро перерастает в нечто большее. Лидеры Европы отчаянно пытаются спасти то, что осталось от обломков трансатлантического альянса, не имея представления, как это сделать. Канцлер Германии Фридрих Мерц заговорил о диалоге. Президент Франции Эммануэль Макрон открыто выступил против намерений Трампа и покинул форум.

Премьер-министр Бельгии Барт де Вевер считает, что разделение европейцев станет концом эпохи.

«80 лет атлантизма действительно подходят к концу» и заявил, что больше не считает США союзником. А глава французского института международных отношений Томас Гомарт назвал главным геополитическим риском распад ЕС и отметил, что даже обсуждение такой вероятности «чревато самосбывающимся пророчеством».

«СП»: А что касается ситуации с НАТО?

— НАТО как был, так и останется, ничего существенного с этим блоком не произойдет. Считаю, на все, что делает Америка в военной сфере — «Золотой купол», военные базы, развертывание систем ПРО на территории других государств — получен зеленый свет.

По моим данным более глобальное соглашение по НАТО все же будет подписано, но пока оно готовится. И эксклюзивные права США на минеральные ресурсы Гренландии должны быть частью этого соглашения.

«СП»: Каково отношение России ко всему происходящему?

— В мире, как уже было сказано, идет смена эпох, «большая игра» со многими неизвестными. И мы должны отстаивать свои национальные интересы. Например, тот же «Совет мира», куда нас пригласили, будет касаться не только Палестины, он будет носить глобальный характер. И президент России Владимир Путин на недавнем Совете Безопасности заявил, что мы не останемся в стороне, особенно с учетом наших особых отношений с Палестиной. Предложил проработать этот вопрос.

Я уж не говорю о том, что в перспективе открываются огромные возможности для американо-российского сотрудничества. Полагаю, именно об этом шла речь у Специального представителя президента Российской Федерации по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилла Дмитриева с американцами.

А проектов много: это и энергетика, и редкоземельные материалы, и восстановление Донбасса, и СНВ-3…

У меня такое впечатление, что Трамп искренне заинтересован в нахождении России в «Совете мира». Как говорят, любая дорога начинается с первого шага. К тому же Давос отразил весь ужас интеллектуального бессилия и деградации Европы, десятилетиями формировавшей повестку через свои медиа.

Отсюда ее недовольство созданием «Совета мира». Что сорвало планы по обеспечению Украины экономической помощью и рискует подорвать единство Запада в поддержке Киева.

Ощущение, которое осталось от форума «Давос-2026» — это был ритуал прощания. Архитекторы мирового порядка признали, что их здание построено на песке двойных стандартов и неравенства.

В новом мире западным элитам, утратившим моральный авторитет и стратегическую волю, судя по их давосским речам, нечего предложить, кроме констатации краха собственного проекта и демонстрации своего ничтожества перед лицом грубой силы нового хозяина.